Макс стоял у самой кромки воды, с ненавистью глядя на волны. Их ритмичное движение напоминало ему работу ткацкого станка. Он поднял палку, словно гарпун, нацеливая ее в темную волну, вонзил ее в илистый песок и не без усилий приподнял. На конце палки висел большой комок грязных темно-зеленых водорослей.

Макс сплюнул, выругался и швырнул палку в воду. Попался он, как простофиля, на мякине. Теперь ему стало понятно, почему покупка земли на этом острове обошлась ему так дешево. Водоросли! Теплое сильное течение изо дня в день выбрасывало на берег дурно пахнущие спутанные комки, которые потом гнили под жарким солнцем и становились обиталищем полчищ мошек, пауков и червей. И бессмысленно бороться с этой особенностью: океан будет выбрасывать на берег глубинный мусор с тем же постоянством, с каким сменяют друг друга день и ночь.

Макс поднял голову и посмотрел на ряд бунгало, выстроившихся как на параде. Все деньги, которые наворовал за годы работы у прежнего хозяина, он вложил в этот вонючий берег. Разбил небольшой парк, построил фанерный ресторанчик, бар, десяток двухместных бунгало с тростниковыми крышами, закупил лежаки и зонтики, нанял персонал. Казалось, что еще надо для скромного отдыха? Приезжай, загорай, пей водку! Но не тут-то было. Ему не удалось продать ни одной путевки, а туристические фирмы, словно сговорившись, наотрез оказывались вносить его отель «Нью рашнс», что в переводе означало «Новый русский», в каталоги. Макс снизил цены до критической отметки, но это не помогло. Он думал, что вся проблема в плохой рекламе.

Не в силах больше вдыхать вонь разлагающихся водорослей, Макс поплелся к сараю, покрытому военной маскировочной сетью, на входе которого висела аляповатая табличка с размашистой надписью «reception». Гера, его конкурент и враг номер один, оказался умнее и дальновиднее. Он арендовал клочок земли на острове Тринидад за сумасшедшие деньги и построил там небольшой отель, похожий на водонапорную башню.