Батов. Какая рана?

Дзенис. Ну и...

Хватает за руку Батова и выворачивает ему в лицо левую ладонь.

Мельком смотрит на нее и растерянно выпускает.

Дзенис. Позвольте, позвольте... даже шрама нет... Что за ерунда!

Батов тупо смотрит на свою ладонь.

Батов. Нет у меня шрама, не было никакого шрама, в другом месте есть у меня шрам, в детстве грыжу вырезали - этот шрам могу предъявить, а на руке нет, пока не довелось заиметь...

Д з е н и с. Помолчи минутку.

Молча стоит, опустив голову. Потом смотрит на Батова, слабо улыбаясь.

Д з е н и с. Возможно, тут в самом деле небольшое недоразумение... Сейчас мы с тобой подумаем и разберемся.

Ходит по комнате, рассеянно трогая разные предметы. Берет с полки фаянсового пуделя со щербинкой на носу, вертит в руке.

Д з е н и с. Склеил все-таки, а говорил...

Присматривается к пуделю, останавливается, кладет его на подоконник и осторожно садится в кресло. Батов индифферентно наблюдает за его пертурбациями, не выказывая ни малейшего удивления. Ему, по всей видимости, уже наплевать на все. Дзенис некоторое время молчит, затем рывком встает и идет к телефону.

Дзенис. Торос... Второй, двенадцатый, двадцать девятому... отбой! Да, отбой... кто запрашивал? Это его не касается... Все!

Закончив разговор, вытаскивает из розетки шнур телефона и, сматывая его, идет к ящику.

Батов. А где же наш телефон?

Дзенис что-то бормочет, укладывая аппарат в ящик.

Батов. Телефон наш где?

Дзенис. В тумбочке, в тумбочке ваш телефон. Ну-ка, помоги!

Берутся вдвоем за похожий на телевизор агрегат и засовывают его в тот же ящик. Дзенис быстро достает из самых неожиданных мест разнообразную аппаратуру и складывает ее в ящик. Входит высокий плотный мужчина, вместе с Дзенисом выносят ящик. Вскоре Дзенис возвращается.

Батов. Вы вернулись, чтобы сказать мне "до свидания"?

Или, наоборот, пройдемте?