Батов. Вульгарность...

Филонов. То-то и оно, что вульгарность. Вот от нас с тобой жены и уходят хладнокровно ночью... От меня, скажем, не уйдет уже, ладно, сам виноват, дело прошлое... ну а ты?! Был бы вульгарный и пошлый человек без интеллектуальных предрассудков и образования, хрен бы она так просто ушeл! Разве что при посредничестве месткома и через товарищеский суд, где все с уважением и сочувствием смотрели бы на твою небритую харю, пока ты хрипишь, что, мол, в своем праве... Эх! Чего там, оба мы с тобой фрайеры!

Батов. Ты чего? Ты что! Ну уехала на дачу, нервы разгулялись, а ты ушла! Как так сразу - ушла? Ты не очень-то...

Филонов. Ладно, извини,только вот моя тоже...

Батов. Кончай!

Филонов. Все, сливаю воду. По-моему кто-то в прихожей копошится...

Дверь в комнату без стука раскрывается, входит Дзенис. Батов недоуменно смотрит на него, Серж кладет руку на хлебный нож. Дзенис кивает головой, подходит к окну, потом занимает свободный стул и требовательно протягивает руку.

Дзенис. Телеграмму.

Батов смотрит на Сержа, тот чешет щеку и пожимает плечами, убирая руку с ножа.

Батов. Послушайте...

Дзенис. Телеграмму.

Батов озирает стол, потом, кряхтя, нагибается и достает из-под стула Филонова клочок бумаги. Кладет его перед Дзенисом. Дзенис брезгливо разворачивает em, смотрит на текст и заметно бледнеет.

Дзенис. Где у вас... ага.

Подходит к телефону и набирает длинный номер

Дзенис. Торос. Да, у меня... Завтра в пять.., не знаю. . не знаю, хорошо, жду.

Кладет трубку, садится. Смотрит на Батова, на Сержа, Трет переносицу. Изучает пятно от краски на рукаве Филонова.

Д з с н и с. Вы - уйдите.

Филонов . Нет, позвольте. . . да ты кто тaкои?

Батов, Вы мне весь пол зальете,

Дзенис аккуратно закрывает окно.