– Не знаю! – Липатов раздраженно стукнул кружкой об стол. – Я вообще ничего не знаю! Хорошо еще, что Вика поделилась со мной новостью – со мной одним из всей фирмы, кстати. Она же чертовски скрытная, никому ничего о себе не рассказывает. Казалось бы, общается со всеми, белой вороной в углу не сидит, на буку не похожа – но попробуй при этом хоть что-нибудь из нее вытянуть! Нашим девчонкам она объяснила, что собирается отдохнуть от работы. О выигрыше и поездке – ни слова!

– Нетипично для женщин, – заметил Макар.

– Вика необычный человек в этом отношении, – поморщился Антон. – Я знаю, что у нее очень странная семья, и Вика мне объяснила, что старается ни с кем не делиться важной для нее информацией, потому что родные отучили ее от этого. Она их терпеть не может и, по-моему, не общается с родителями. И с сестрой. Так вот, в фирме только я в курсе, что Вика выиграла путевку. Но я не знаю всего остального.

– А зачем вам знать все остальное? – подал голос Сергей.

Липатов поднял на него уставший взгляд.

– Потому что я уверен на сто процентов, что ее выигрыш – полная лажа. Ее обманули, увезли куда-то – я понятия не имею, куда и кому это могло понадобиться. Она должна была вернуться неделю назад, и до того времени я мог хотя бы надеяться, что все будет нормально. Но она не приехала. Она пропала, понимаете? – сказал он. – И я хочу, чтобы вы ее нашли.

И неожиданно за костюмом, за ухоженностью, за теннисом и престижным вузом Бабкин увидел потерянного парня, изо всех сил пытающегося держаться независимо и уверенно, как он привык.

– Она ваш друг? – серьезно спросил Сергей без малейшей насмешки в голосе.

– Хуже, – выдавил улыбку Липатов. – Я ее люблю.

Он перевел взгляд на Макара и негромко попросил:

– Найдите ее. Прошу вас. Пожалуйста.

Спустя час Бабкин снова стоял у окна и смотрел на отъезжающую серебристую машину.

– Что ты думаешь по этому поводу? – Макар подошел к нему.