Одновременно инертные газы, составляющие естественную атмосферу планеты и активно откачиваемые, убывали совсем не так быстро, как мы бы хотели. Кроме того, нарушалось естественное перемешивание газов: в атмосфере образовались зоны, богатые кислородом, а наряду с ними участки, где лишь обнаруживались его следы. И это несмотря на постоянно дующие ветры! Скажем, в районе Станции воздух практически пригоден для дыхания, а десятью километрами западнее – изначального состава… Как будто стена разделяет эти области. Нам так и не удалось объяснить этот феномен. – Отец встал с кресла и подошел к открытому окну. Долго молчал, всматриваясь в темноту. Наконец, не поворачивая головы, произнес: – Знаешь, Вет, на определенном этапе у меня даже сложилось впечатление, что кто-то откровенно издевается над нами, над нашими стараниями… Мы хорошо сделали, что ушли с Терфы.

– У тебя есть конкретные подозрения?

– Откуда?! Если б были… – Он уселся на подоконник, привалившись к косяку. – Это я так… Не обращай внимания. Мистика, рожденная недостатком знаний…

Мне показалось, что он не договаривает.

– А эту, как ты выразился, мистику вы не пытались проверить? Вдруг, правда, кто-то препятствует землянам?

Он посмотрел на меня с любопытством:

– А ты сам как думаешь?

– Не темни, пап, выкладывай. Наверняка поработали в этом направлении.

– Ну и догадливый у меня сын, – отец покачал головой. – Конечно, работали. Особенно, если учесть, что такая мысль возникла не у меня одного. И предпосылки были интересные. Есть там, как мы ее называли, Большая каменная гряда. Цепь высоких скал, опоясывающая через полюса всю планету. К ней, как притоки к большой реке, со всех сторон сбегаются цепочки скал поменьше. Смотри! – Он подошел к компьютеру и вызвал нужную информацию. Вывел ее на большой экран на стене. – Это снимки Терфы из космоса. Видишь гряду?

Не увидеть ее было невозможно. Действительно, будто большая река текла по планете вдоль меридиана, собирая малые и большие притоки.