К слову сказать, мужчина никогда не приглашал супругу ночью разделить с ним ложе. Она не имела права даже входить без стука к нему в спальню. Для выполнения супружеского долга служили краткие мгновения уединения в комнате жены, и только в дневное время. На следующее утро, когда мужчина не вышел к завтраку, обнаружилось, что дверь в его опочивальню выломана. Причем так, будто над ней потрудились дикие звери огромной силы, но никак не люди. Люди, по крайней мере, не оставляют на стенах и деревянных предметах следы когтей. Хозяин же дома пропал. Ни следов борьбы, ни признаков торопливых сборов. Все осталось на своих местах. И, что самое удивительное, ночью никто из домочадцев не заметил ничего подозрительного. До сих пор не представляю, как можно было не услышать звуков, с которыми ломали дверь.

Откуда я это знаю? В каждом доме найдется парочка болтливых слуг, которые с радостью растрезвонят о причудах хозяина по всему городу. А мой прадед по вполне понятным причинам очень ревностно следил за обидчиком и тщательно записывал все, что узнавал о нем. Через его дневники и я ознакомился с укладом жизни Северянина. И на этом, пожалуй, закончу вспоминать о нем. Слышал я об этом человеке еще кое-что интересное, но это к делу уже не относится.

И вот теперь правнучка знаменитого варвара сидит передо мной и просит о помощи. Забавно, очень забавно.

Девушка безуспешно ожидала от меня хоть каких-нибудь слов в ответ на свое признание. Я же молча разглядывал ее, пытаясь найти в чертах лица хоть какое-то сходство с Северянином. Нет, ничего общего. Видимо, Таша унаследовала внешность от матери.

— И что дальше? — наконец, произнес я, убедившись, что девушка не торопится продолжать рассказ.

— А то, — неожиданно рассердилась она. — Как вы, наверное, знаете, прадед увлекался черным колдовством. Но, к величайшему счастью, остальные мои родственники дурному примеру не последовали. Кроме брата, которого так заинтересовали семейные легенды, что он поклялся раскрыть тайну исчезновения предка. Дирон всеми правдами и неправдами добивался у отца, чтобы он отдал ему дневники Северянина. Брат считал и продолжает считать, будто в них прячется секрет невероятной власти прадеда. Но отец упорствовал, не без оснований полагая, что негоже в такие темные дела лезть. Ни к чему хорошему это все равно не приведет.