К слову, о том, что же за диво такое – это Винни-Милли, в честь которого назван единственный в городе лесби-клуб – Ириша ломала голову не один год, но так ничего толком и не выяснила. Ответа не знала даже мужеподобная любовница хозяйки с рыжим ежиком волос, девушка-буч по имени Мася, твердой рукою правившая заведением.

По четным дням Ириша прозревала некое смутное сходство этого загадочного Винни-Милли с Вимм Биль Даном, придурковатым ушастым зверем с картонных упаковок сока, и с душкой Винни Пухом из советского мультика. Возможно, у кого-то из них был сын, возможно, это даже их совместный сын – Винни Пуха и Вимм Биль Дана – они его усыновили, как голландская гей-семья… По нечетным же Ириша была уверена, что слово это ничего не значит и является примером коммерческой глоссолалии, та же история, что с названиями моделей импортных автомобилей. Что значит «Авензис»? А «Королла»? Что такое «Авео» или, допустим, «Импреза»? Да ничего. Обериу. Бабубы. Агу-агу. Фрагменты речи городских эльфов, а может, имена божков продвижения и реализации? Кстати, у входа в «Винни-Милли» стояли две изваянные из алебастра фигуры крылатых женщин с фригидными лицами – чем не эльфини-богини?

Днем «Винни-Милли» прикидывался обычным дорогим рестораном – там подавали бизнес-ланчи и сложные блюда, надерганные из европейских кулинарных книг, там, в укромной полутьме, алчноглазые секретарши гладили носками туфель обрюзгшие икры своих боссов… Но каждую вторую и четвертую пятницы месяца в «Винни-Милли» объявлялся, как в бане, «женский день». Точнее, вечер.

Чмокнув приунывшую кисулю («Ну я и так уже никуда не хожу, как монахиня стала!» – виновато пролепетала Ириша), она на цыпочках выскользнула из квартиры.

В «Винни-Милли» было, как обычно, накурено.