Анджей САПКОВСКИЙ

* ПРЕДЕЛ ВОЗМОЖНОГО *

1

- Повторяю: он оттуда не выйдет, - убежденно сказал прыщавый, качая головой. - Уже час с четвертью, как залез. Ему конец.

Столпившиеся у развалин жители молчали, уставившись на чернеющее в руинах отверстие - заваленный камнями вход в подземелье. Толстяк в желтой суконной куртке переступил с ноги на ногу, кашлянул, снял с головы берет.

- Погодим еще, - сказал он, вытирая пот с реденьких бровей.

- А чего годить-то? - фыркнул прыщавый. - Там в подвалах он и сидит, василиск-то, аль забыли, солтыс? Кто войдет, тому и конец. Мало людей, что ль, погибало? Чего ждать-то?

- Мы ж договаривались, - неуверенно проворчал толстяк. Как же так?

- С живым договаривались-то, солтыс, - проговорил спутник прыщавого, гигант в кожаном фартуке резника. - А теперича он мертв, это уж как пить дать. Сызначала было ведомо, на смерть идет, как и другие до него. Он и зеркала не прихватил, с одним мечом полез. А без зеркала - знамо дело - василиска не прибьешь.

- Считайте, сэкономили гроши, - добавил прыщавый. - Потому как платить за василиска теперя некому. Идите спокойно домой. А коня и колдуньино хозяйство мы возьмем, не пропадать же добру.

- Оно, конечно, так, - сказал резник. - Упитанная кобыла, да и вьюки плотно набиты. Глянем, что внутри.

- Как же так? Разве ж можно?

- Молчите, солтыс, и не встревайте, а то шишку заработаете, - предостерег прыщавый.

- Упитанная кобылка-то, - повторил резник.

- Оставь коня в покое, дорогуша.

Резник медленно обернулся к чужаку, который вышел из-за излома стены, из-за спин людей, скопившихся вокруг входа в подземелье.

У чужака были густые вьющиеся каштановые волосы, коричневая накидка поверх посаженного на вату кафтана, высокие сапоги верхового. И никакого оружия.

- Отойди от коня, - повторил он, ядовито усмехаясь. - Это как же? Чужой конь, чужая собственность, а ты уставился на нее своими слезящимися глазенками, тянешься к ней паршивой лапой? Это порядок?