— Вы можете выделить четырех человек для работы с нами? — спросили мы Эгенворта.

— Вполне. А зачем?

— Чтобы в случае очередного зависания в каком-либо мире — тьфу, тьфу! — было какое-то прикрытие. Все же втроем бродить по чужим просторам тяжеловато. А так и стволов больше, и есть кому ночью дежурить. И при необходимости группа может разделиться на две части.

Эгенворт обеспокоенно посмотрел на нас.

— Выдумаете, это может повториться?

— Не думаем. Но учитываем. Чем дальше, тем больше проблем в других мирах. Не важно, с чем они связаны, важно, чтобы мы на них вовремя и правильно реагировали.

— Да, конечно. Командор Оскольт лично подберет бойцов. Парни рвутся в бой.

— Мстить за убитого?

— Д-да… Я все понимаю, — невольно вздохнул Эгенворт. — Сам воевал, помню, каково это — первый раз терять товарищей… Поэтому и не осуждаю их. Так всегда, добрые намерения уступают место примитивной ненависти, когда речь идет о том, чтобы ответить за своих.

— Ничего. У них еще будет случай отомстить. Миров еще много, войны идут везде… кто-нибудь да попадется…

— Да, отведут душу, — согласился я с Марком. — Главное — пролить кровь, а чью — не важно.

Эгенворт недоверчиво покосился на меня, думая, что это шутка. Но я говорил серьезно. Так оно зачастую и бывает — мстишь не тем, кто убил, а тем, кто в этот момент по ту сторону фронта. Отправишь несколько человек к праотцам, и легче на душе. И перед погибшим вроде как не стыдно…

Через час Оскольт лично привел четырех человек. Старший группы прикрытия Ламист Бутурмен и его бойцы. Бутурмен как раз и был в той группе, что налетела на анкиварцев. Он, конечно, держался, но в глазах такая злость и страдание, что не увидеть невозможно. Наглядное подтверждение старой истины.