— Итак, Древние Боги, центральную, массивную люстру, подавляющую обстановку, долой, десятка два изящных светильников с витыми свечами будут здесь как нельзя более кстати. Двери в иные миры заменим на рамы кремового цвета — этакие окна в иные Вселенные. Стены пусть будут рельефными, с узором на манер изморози на стеклах. Дополним все это куполообразными сводами над головой, раскраска под обычное небо с редкими облачками. А внизу мозаичный пол, но без особых наворотов, словно тысячи разноцветных, обточенных камешков, принесенных с морского побережья. Вокруг Сашкиного ложа, так… Этакое озерцо с утопленничком. Хотя… Я бы, конечно, лучше фонтан на этом месте поставил. Раз уж о нем речь зашла.

Я настолько глубоко погрузился в собственные мысли, что даже не удивился, когда еще через несколько минут прямо под ногами увидел мокрую, ну, условно мокрую, конечно, морскую гальку. Обычно ведь так оно и бывает при работе опытного дизайнера с техноплазмой, облекающей мысленный образ в материальную структуру. А когда поднял глаза, то обнаружил, что меня окружает именно та обстановка, которую я только что последовательно проработал. Что же касается чаши небольшого фонтана, бьющего в центре помещения, то из нее, как и было предсказано проявившей неординарные оракульские способности яхтой, вылезал насквозь промокший Сашка. Он смешно вращал выпученными глазами, поминал ежесекундно всю нечисть галактики и непрерывно озирался по сторонам.

Нечисть не заставила себя долго ждать.

Запоганив облагороженный интерьер безобразным отверстием, в зал влетела Квантовая Липучка, другие чудища поперли за нею следом. Говно всплывает, почему-то припомнилась широко известная некогда пословица.

— Твоя работа? — задал я Сашке предельно глупый вопрос.

— Моя… — дал Сашка не менее несуразный ответ. — Да ну их! И махнул рукой, после чего табун приближающихся уродцев бесследно растворился в воздухе.

— Умеешь же ты решать мои проблемы! — с некоторой растерянностью произнес я.