– Так вот, у Виктора, между прочим, черный пояс, – продолжала Марина, но, взглянув на помощника Петровского, переспросила: – Не черный? Ну, я забыла. Да какая разница. Главное, что Виктор наш защитник и на него всегда можно положиться. – Она передвинулась ближе к атлету и действительно положила голову ему на плечо.

Зоя заливисто рассмеялась. Игорь тоже не сумел сдержать улыбки, подумав при этом, что Виктору, наверное, уже порядком надоела восторженная болтовня Марины. Но тут разговор перехватил Петровский, и Марина вынуждена была замолчать.

– Вы не представляете, молодой человек, насколько мало изучена природа Забайкалья, – повернувшись к Игорю, горячо заговорил он. – Если животный мир тайги худо-бедно описан, то речные и особенно озерные экосистемы нуждаются в подробнейшем изучении. Таежные озера Восточной Сибири – это природные резервуары чистейшей, я бы даже сказал – кристально чистой воды. А мы ведь толком даже не знаем их геологического происхождения, не говоря уже о том, какие живые организмы их населяют. Ну, кроме тех видов промысловых рыб, которых добывают местные рыбаки. Поэтому наша экспедиция – это, по сути, первая попытка комплексного исследования всей озерной фауны…

Где-то через час езды Зоя задремала, навалившись на один из баулов, как на подушку. Марина о чем-то вполголоса перешептывалась с Виктором. И только Игорь вынужден был слушать монолог Петровского. С гораздо большим удовольствием он поговорил бы с Зоей или даже с веселой болтушкой Мариной и ее молчаливым спутником. Но Петровский, выбрав его в качестве слушателя, никак не желал останавливаться, а Игорь, в свою очередь, не решался прервать его увлеченный монолог, опасаясь обидеть ученого своим невниманием. Неизвестно, сколько еще продолжалась бы эта лекция о природе забайкальского края, если бы дорога, петляющая среди поросших густым лесом холмов, не привела на берег изумительного по красоте озера, на берегу которого раскинулся небольшой таежный поселок.

– Вот ваше Озерское. Приехали, – объявил Петровскому прапорщик, выглянув из кабины. – А нам еще километров тридцать, – добавил он, махнув рукой в сторону холма, за который уходила дорога.