Абориген шагнул вперед и поднес кончик шланга к ноздрям статуи. Ретиф услышал слабое шипение газа.

- Дай нам крупицу своей мудрости, как в те давние дни, о Тассар! - продолжал старик. Он еще ближе поднес кончик шланга.

- Почти все Святые Миамы выдохлись. Видно кто-то из еретиков откачал их тайком.

Неожиданно кончик одного уха статуи шевельнулся. Вздрогнули веки, разжались губы.

- Глоп! - сказала величественная фигура и замолчала.

- Провались все пропадом. В такую минуту баллон оказался пустым! - проворчал кто-то рядом с Ретифом.

- Что старик делает? - тихо спросил Ретиф, наблюдая, как Хранитель Святых Миамов интенсивно вращал кончиком шланга, тщетно пытаясь разбудить неподвижного бога.

Тассар вновь зашевелился.

- Черт раздери всех мерзавцев! - неожиданно раздался голос. Статуя заговорила.

- Где мои наколенники? Где моя пудра для бабок? Где моя булава? Черт побери этого проклятого оруженосца…

- Великий Тассар, проснись,- старик удвоил усилия.- Услышь меня! Сейчас здесь стоит иноземец, который осквернил останки Богов Салинора своим присутствием.

- Ох… это ты, Теорион,- промямлил Тассар. Его глаза открылись пошире.- Ты выглядишь ужасно. Я думаю, прошло много времени. Это не чужеземец потревожил мой покой, а ты своей дурацкой болтовней.- Он наклонился, выхватил шланг из рук старика, поднес его к ноздрям и глубоко вдохнул.

- Ах… Именно это нужно ветерану!

- Даже если так, Великий Тассар! - Тут старик снова начал рассказывать о гнусности Ретифа. На середине рассказа ресницы Тассара задрожали, он выронил шланг и захрапел.

- Итак, проблема состоит в том, как осуществить предписанный ритуал, чтобы избежать нарушения приличий, не пасть под выстрелами пришельца, словно спелая кукуруза? - промолвил старейшина.- Великий Тассар? О, могущественный?! - Он еще раз с воодушевлением потряс кончиком шланга, но на этот раз его попытки были тщетны. Статуя стояла неподвижно, как сфинкс.