— Ваша милость очень любезны, — деревянным голосом сказал Полини, — я вижу, что нечаянно ошибся в выборе этого корабля. Конечно же, он идет в Каср.
Он не мог не помнить обвинения в трусости, брошенного Томияно, обмирая от мысли, что Седьмой слышал и, вероятно, разделяет его.
— С твоего разрешения, милорд, я уйду. Уолли совершенно не собирался отпускать его без объяснений, но первым делом нужно было выдержать характер Седьмого.
— Ну нет. Мастер, — заявил он, — ты выпьешь со мной эля. Мы должны с тобой повеселиться. Мореход — три кружки среднего!
Томияно сразу сбавил тон, его нахальная улыбка исчезла.
Показав рукой в сторону бака, Уолли пригласил:
— Пройдем, Мастер Полини, — сказал он, — прихвати с собой и Его Высочество.
Глава 2
Менестрели этого Мира пели множество баллад и героических песен о смелых героях и хитроумных девах, о чудовищах и колдунах, о щедрых богах и королях, но одного персонажа явно недоставало Шерлока Холмса. Замечание Уолли чуть не заставило Полини схватиться за меч. Томияно сотворил охранный знак Богини, потом расслабился, решив, что Лорд Шонсу снова взялся за свои штучки. Мальчик побледнел.
— Нет, никакого колдовства. Мастер Полини! — успокаивающе сказал Уолли. — Только лишь опытный взгляд воина — так, наблюдение.
Полини озадаченно посмотрел на своего подопечного, потом снова перевел взгляд на этого странного воина:
— Наблюдение, милорд?
Уолли улыбнулся:
— Немногие наставники оденут Первого так хорошо. Еще реже Пятые берут Первых в подопечные, да ты и сам одет как человек высокого положения. Но пойдем дальше. Я заметил, что его лицевая метка уже зажила, а он так молод, что принять его клятву можно было бы только в виде исключения. Волосы его достаточно длинны, чтобы собрать их в хороший хвостик воина, значит, его приняли не меньше года назад, а только лишь сыновья воинов обычно становятся военными; кроме того, его отцовская метка показывает, что он сын жреца. Элементарно, Мастер Полини.