Жрец поднял брови, удивляясь незнакомому определению.

— Что значит «путать следы»? — спросил он. Латорон уже исчез за дверью, юноша указал гостю на кресло и сам опустился в другое.

— Если нам повезет выбраться из системы, пока нет погони, — объяснил он, — мы разгонимся в произвольную сторону. Потом затормозим и поправим курс, чтобы лететь туда, куда нам надо на самом деле.

— Возможно, я слишком давно никуда не летал. А как же «маршрутные карты», коридоры с распорядком движения?

— Их сочли бесполезными: коридоры требовали постоянных капиталовложений на обслуживание узловых станций, на содержание военного флота, отвечающего за соблюдение надуманных правил движения и безопасность торговых кораблей с ценным грузом, координаты которых, по этим же правилам, злоумышленники могли рассчитать в любой момент, на бюрократический аппарат, который всем этим управлял… А вероятность того, что в космосе встретятся и столкнутся два —галактических лайнера (во избежание чего и делали коридоры), невероятно ничтожна. Корабли скапливаются, конечно, вблизи населенных планет… ну так там все сбрасывают скорость, а это позволяет маневрировать. Аварии происходят не слишком часто, и уж точно не чаще, чем раньше… Какой смысл заставлять всех следовать графику?

Жрец вздохнул.

— Еще одно изобретение человечества, канувшее в забвение, — скорее для самого себя, чем для собеседника, отметил он. — И на какой же научной теории основан метод «путать следы»?

Юноша пожал плечами:

— Если с самого начала, то для корабля, двигающегося со скоростью выше скорости света, материя нашего измерения перестает существовать — материальные объекты (планеты, звезды, метеориты, другие корабли) превращаются в тени, через которые можно пройти, как сквозь туман в атмосфере, — ничто, кроме собственных фантазий, не мешает людям двигаться напрямик. Коридоры придумали потому, что первое время не представляли, чего ждать от незнакомого измерения.