– А ручки-то у тебя, парень, - того. На что тебе кузнецова наука?

– Хочу такую саблю выковать, которой реку пополам разрубить можно, - мечтательно воздев очи горе, произнёс Гурьев. - И чтоб булатная была.

Тешков только хмыкнул:

– А не боишься?

– Работы? Не-а, - беспечно тряхнул головой Гурьев. - А чего мне ещё боятся-то? Или кого?

– Ну, вроде как за мной должок, - буркнул кузнец. - По рукам, что ли?

– По рукам, - Гурьев пожал ладонь кузнеца, и, задержав её в своей, спросил: - Когда отправляемся?

– Ну… - задумался Тешков, что-то в уме прикидывая.

– Мне помощь ваша потребуется, Степан Акимович.

– Это в каком смысле? - насторожился кузнец.

– Коня купить.

– Коня-а-а?!? - изумился Тешков. - А конь-то тебе на кой ляд?!

– А денег куры не клюют, Степан Акимыч.

Тьфу ты, сплюнул мысленно Тешков, пацан - он пацан и есть. Хоть и такой. Ну, отчего ж не помочь. Можно и помочь, конечно.

– Можно и помочь, - проворчал Тешков вслух. - Только добрый конь немалых денег стоит. Ты не лыбься, не лыбся-то, почём зря, слушай, что старшие говорят!

– Непременно, дядько Степан, - посерьёзнев, кивнул Гурьев.

Тешков полагал - святая простота! - что коня им следует покупать на базаре. Вместо этого Гурьев поволок его на конный завод в Абрамовке, принадлежащий всё тому же Чудову, который "правил" половиной Харбина. Здесь у кузнеца просто глаза разбежались. Но спешить Тешков не собирался. Раз уж в Абрамовку приехали, так и возвращаться без доброго коника грех. Они долго ходили от конюшни к конюшне, сопровождаемые одним из приказчиков. Наконец, Тешков разглядел, что Гурьев, рассматривая лошадей, не торопится выбирать. Кузнец отозвал его в сторону, шепнул недовольно: