- Глупо, - возразил адвокат. - Зачем...
- Глупо? - взревел Марк. - А в прошлом году, когда они стремились, чтобы экран на ощупь напоминал бумагу? А та бредовая затея с сотней экранчиков, которые можно переворачивать, как страницы? Глупо?! Это заговор!
После часа безрезультатного спора Марк в ярости и отчаянии отключил телефон. Он сидел, снедаемый желчной злобой, в своей однокомнатной квартирке, пока полуденное солнце не скатилось к горизонту.
Только тогда он вспомнил, что толкнуло его позвонить адвокату - посылка из Токио, от Мицуи. Когда ее принесли, Марк направился к телефону выяснить, как продвигается его дело против "Хубрис-Букс". Ответ, разумеется, был "никак".
С обреченным видом Марк вскрыл пакет - так осторожно, будто ожидал увидеть новорожденного котенка.
Новорожденный там был. Маленький электронный прибор, как и боялся Марк. Ни записки, ни карточки - ничего, кроме самой электронной книги.
Марк взвесил ее на ладони левой руки - чуть больше фунта, прикинул он. Под экраном располагались три кнопки, помеченные арабскими цифрами и японскими иероглифами. Он прикоснулся к зеленой, с цифрой 1.
На экране появилось улыбающееся - нет, сияющее! - лицо Мицуи. Замигала оранжевая кнопка с цифрой 2. Марк коснулся ее.
На экране появилось аккуратно отпечатанное письмо.
"Дорогой Марк!
Прими, пожалуйста, скромный подарок в знак моего глубокого дружеского расположения. Через несколько дней в ваших средствах массовой информации появятся сообщения о революционно новом продукте "Канагавы" - электронной книге. И каждому встречному репортеру я буду говорить, что идея в такой же степени твоя, как и моя.
Ты, вероятно, знаешь, что торговые соглашения между нашими странами не позволяют Японии продавать электронные книги в США. Тем не менее никто не запрещал "Канагаве" открыть в Америке филиал.