— Я преследую преступницу и ее любовника, — ответил Кулл, — мы едем с миром. У моего царства нет никаких счетов с Грондаром.

Грондарец усмехнулся:

— Въезжающий в Грондар несет жизнь свою в собственной правой руке.

— Тогда, клянусь Валкой, — разъяренно взревел Кулл, теряя терпение, — в моей правой руке достаточно силы, чтоб дать отпор хоть всему Грондару! Посторонитесь, не то мы растопчем вас!

— Пики наперевес! — прозвучал лаконичный приказ Келкора и отряд ощетинился лесом пик, мгновенно направленных воинами вперед.

Грондарцы отступили перед этой грозной силой, понимая, что неспособны остановить тяжелую кавалерию. Язычники отъехали в сторону, когда валузийцы проносились рядом с ними, а вожак закричал Куллу вслед:

— Скачите, глупцы! Кто едет за рассвет, не возвращается!

Грондарцы разделились на небольшие группки и подобно ястребам кружились поодаль от царского отряда. На ночь пришлось выставить усиленные караулы, но грондарцы не приближались и не тревожили чем-либо покой солдат, а к утру и вовсе исчезли.

Равнина тянулась без конца и без края, ни холм, ни лес нигде не нарушали ее монотонности. Временами всадникам встречались руины стертых с лица земли древних городов — немые напоминания о тех кровавых днях, когда, многие века тому назад, предки нынешних грондарцев появились из ниоткуда и в одночасье покорили исконных обитателей этих земель. Но ни обитаемых городов, ни грязных становищ грондарцев не попадалось на пути, — воины ехали через самую дикую, необитаемую часть страны. Теперь стало ясно, что Фенар не собирается поворачивать назад: его след по-прежнему вел строго на восток. Надеялся ли он найти убежище в этой стране или просто хотел измотать преследователей?

Многие дни погони остались позади, но вот наконец всадники выехали к широкой полноводной реке, что, извиваясь, перерезала равнину пополам. На ее берегу буйство травы внезапно кончалось и за рекой до самого горизонта тянулась бесплодная пустыня.