Кроме Клыкова, в Комитет вошли представители трудовых коллективов — по два человека от каждого — и, конечно, всё начальство шахты в полном составе. Ольга добровольно вызвалась секретарём, чем несказанно обрадовала Главнокомандующего. Теперь рядом с ним постоянно будет не просто толковый помощник, но и близкий человек, которому он мог стопроцентно доверять.

На первом же заседании они приступили к обсуждению плана обороны. Опыта никто в данном вопросе не имел — это понятно, люди все гражданские. Но смекалки и мужества им было не занимать.

Они пришли к логическому выводу о том, что атаковать их будут с поверхности, а не с воздуха. С десантных кораблей можно произвести только бомбардировку, и на это Москва не пойдёт, поскольку они вряд ли собираются разрушить здесь всё до основания, а потом в течение долгих лет восстанавливать работоспособность шахты. Инфраструктура для них важнее человеческих жизней. Вот если сорвутся их первоначальные планы, тогда возможна и месть. Но только не с самого начала кампании.

По той же причине они отмели и юг, как возможное направление удара. Там разрез, залежи драгоценного калдония. Стоит ли затевать битву, если победа не будет означать достижения поставленных целей?

С востока у них — немцы. Значит, и туда они не сунутся. Остается что? Север и запад. Вот там и следует вести оборону. Но как? Егоров предложил произвести хотя бы частичное минирование подступов к шахте. Не в качестве основной меры обороны, конечно, но в дополнение к чему-либо ещё.

- Сколько у нас взрывчатки? - уточнил Клыков.

- Хватит на десяток таких десантов, - отозвался Магомет. - И дополнительно можно приготовить. Реголита на Луне, слава Богу, навалом.

Кто-то из опытных взрывников подсказал, что для усиления мощности взрыва мины нужно класть вперемешку с кислородными баллонами. А что? Не плохо. Сырьё есть. Пока заседание Комитета продолжалось, рабочие приступили к выполнению этой части плана — никто не знал, сколько времени у них осталось.