— Я же тебе говорил, что ЭТО чует любого «чужого» и исчезает. — Он извиняющее пожал плечами и подал мне симпатичную заколочку с множеством стразов.

— А это для того, чтобы я выглядела более соблазнительно в качестве наживки?

— Нет. Это антенна для микрофона.

— Ага. Слушай, а если этот тип, на которого мы охотимся, не захочет меня ловить? Может, ты не того выбрал в качестве наживки?

— Все говорит за то, что ты придешься ему по вкусу.

— Спасибо, успокоил!

— Я не так выразился...

— Да, да, да.

Мы проверили работу техники, и Супермен остался доволен всей аппаратурой.

— Значит, во время моей ночной прогулки мы с тобой будем мило беседовать: только я, бегая по темным улицам непонятно от кого, а ты, комфортно развалившись в кресле в нескольких километрах...

— Если хочешь, то я буду сидеть на стуле. Только разговаривать я с тобой не буду — вспугнем. Но все видеть и слышать — да.

— Как ты меня порадовал! Хоть кто-то увидит мою смерть, чтобы потом в красках описать ее потомкам в своих воспоминаниях! — всплеснула я руками.

— Ты боишься? — вдруг спросил он, спокойно глядя в мои глаза.

— Еще чего! Нет. Обожаю ночные прогулки в районах обитания разных монстров!

Как только стемнело, я нарядилась, как новогодняя елка (хотя Кларк сказал, что внешний вид совершенно не важен, но не могла же я пойти в халате и тапочках!), и моя прогулка по ночному городу началась.

Я шла по абсолютно темной улице. Знаете, есть такие старенькие райончики, застроенные одноэтажными домами деревенского типа, — ни одного фонаря, непролазная грязь после дождя и повсеместное гавканье охранной живности. Так вот все было именно так: и грязь и темень, вот только собак совсем не было слышно, как будто их всех вывели погулять в соседний город. Как-то от этого становилось немного не по себе.

Вскоре невдалеке, из-за ближнего угла послышались какие-то шорохи.