Но девушка уже закрыла в ужасе глаза.

– Заставить смотреть! Или нет! Вот что! Мы его заставим смотреть! Ну-ка, давайте её вон туда, к стене! Снимай одежду! Держите! Ничего! Изящная штучка, - оценил он, но не хрупкое тельце девушки, а блеснувший на руке браслет. Тааак. Ну, - повернулся он к отшельнику. - Да перевяжите его пока, уроды! Если отдаст концы до того, как меня вылечит, - каждый на этой койке побывает! С каждым сделаю тоже самое. Ну? - опять склонился он над отшельником. - Думай, пока мои ребятки копошатся. - Они и с ней начнут с того, чем она тебе чудеса творить не помогает. Понял? Потом… И лучше не доводи меня до потом. Ну? Ладно. Кто начнёт?

– Нет! - прохрипел отшельник. - То есть, да! Останови!

– Стоять, Тату!

Татуированный жлоб, уже снявший майку и джинсы, разочарованно вздохнул и отошёл к стене. Брюк он пока не надевал. Надеялся.

– Чего они хотят? - подала голос девушка.

– Объясни, отче, только быстро.

– Они, то есть он…

– Дмитрий, для друзей - Дима, - поклонился великан.

– Он хочет, чтобы его исцелили.

– Нет!

– Но, девочка моя…

– Нет!

– Ладно. С этими "нет" потом разберёмся. Ты же своего решения не поменяешь? Давай, отец, начинай. Где там твоя святая вода? Ну-ка вы двое, сюда. Будете отца держать, а то стоять он не сможет.

– Нет!

– Слышь, мужик, ты меня не зли. Что опять "нет"? Твоя сучка не согласна? Так мы сейчас продолжим. Тату, приготовься.

– Её нельзя трогать! Это она, понимаешь - она! - закричал в отчаянии отшельник. - Она!!! И если кто ей сделает зло… Не знаю… Может, она больше никогда… И не заставишь!

– Так ты что же? - начал вкрадчивым тоном шеф, сев на кровать и приблизив свою морду к лицу Георгия. - Она, значит, лечит, а ты пенки снимаешь? И вместо того, чтобы уговаривать девушку, я тут с тобой, козлиная морда, битый час беседу веду? Это значит, не я тебе, а ты мне яйца морочил? - Не сдержав своей ярости, он схватил стоявший рядом тот самый серебряный кувшин для "святой воды" и со всего размаху ударил им в голову несчастного отшельника.