- Послушай ! - пытаюсь я крикнуть. Но мой голос тих, он растворился в вязком пространстве.
Но она оглянулась. Обернулась. Застыла. В глазах - ожиданье...
И вдруг - солнечным светом ласково заиграла улыбка на милых устах, с черных глаз исчезла тревога.
- Я чувствую: ты вспомнил меня, - говорит девушка-ангел тихо, беззвучно, одним только любящим взглядом, одной лишь теплой улыбкой.
- Да! Я вспомнил! - кричу я ей вслед. И бегу ей навстречу.
Да. Я все вспомнил. Вспомнил то, что было когда-то и то. Чего никогда не было. Вспомнил, что придумал я сам, ожидая ее возвращенья. И вспомнил тот радостный день, ставший днем печали, когда огненно-красные розы пылали во мраке пустого и холодного коридора...
Фрагмент 2 Праздник грусти.
Мне страшно с Тобою встречаться,
Страшнее - тебя не встречать...
А. Блок.
.. Огненно-красные розы жарко пылали во мраке пустого и холодного коридора, источая тонкий, едва уловимый аромат, наполняя мертвое и негостеприимное пространство жарким дыханием солнца, лазурным простором небес, тихим шорохом степных трав и глухим шепотом далеких звездных миров - весь необъятный и неисчерпаемый мир, все богатство красок Вселенной принесли в этот чужой и враждебный мир маленькие пурпурные бутоны, похожие на крохотные живые фонарики, во мраке свинцовой ночи зажженные чьей-то доброй и великой рукой. И не было в созданном богом мире цветов, прекраснее этих...
Бутоны пылали, освещая густой сумрак, сквозь вязкую пелену которого, не жалея сил, пробивался тонкий лучик света, что шел из распахнутой настежь двери, открытой в темной глубине коридора...
Из двери, что вела куда-то совсем в другой мир, вырывался этот живительный свет. Его острый луч клинком разрубал плотную и липкую темноту, рассеивал тяжелый клейкий сумрак, и, отраженный от грязно-белых стен, упирался в бетонный потолок - последнее препятствие на пути к свободе. На границе света и тьмы - границе контрастной, без полутонов и переходов, в загадочном дьявольском танце кружились серые пылинки мельчайшие частицы окружающего свет мрака. Они ярко полыхали холодными голубоватыми огоньками, сверкали колючими искрами - искрами острыми, злыми, но мертвыми и холодными, как тухлые болотные огни.