- Свечение в вакууме? - поднял брови Сегдин.

- Представьте себе, да. Мезонный луч сам запечатлевает свой путь.

- Интересно.

- Однако не ново. Куда важней другое: те частицы, которые он выбивает из вакуума. Они...

- Минуточку. Меня сейчас интересует иное. Вы что, луч направляете с разных сторон? Зачем?

Пастухова несколько обидело то невнимание, которое гость проявил к самому главному, ради чего они работали не покладая рук. "Впрочем, это отличительная черта всех журналистов, - успокоил он себя. - Им подавай внешние эффекты". И он скрыл обиду.

- Нас интересуют также пространственные свойства вакуума. Однородны ли эти свойства по всем направлениям или нет.

- Изотропность или анизотропность вакуума. Понятно. Скажите, а шар как-нибудь ориентирован относительно силовых линий магнитного поля Земли?

"Ну, ну, - не без удивления подумал Пастухов. - Он дает мне понять, что с ним можно говорить более профессионально, хотя мыслит он отнюдь не как физик. Берегись, дорогой, заблудишься, если я не буду расчищать тебе дорогу. И что за странная манера спрашивать?"

- Конечно, шар ориентирован относительно полюсов. Вот отметки на снимке. Кажется, они плохо видны?

Отметки были видны отлично. Сегдин не обратил, однако, внимания на ехидство вопроса. Его ферзь в это время опрокидывал пешечную оборону противника.

Сзади послышался шум, в комнату вошли трое молодых парней, очень симпатичных на вид, державшихся, однако, несколько самоуверенно, - черта, увы, нередко присущая тем, чьему таланту сопутствует удача.

- Лев Сергеевич, - обратился один из них к Пастухову, почтительно, но как равный к равному, - подготовка закончена, время продолжить эксперимент.

- Да, разумеется.

Пастухов подумал, что следовало бы увести журналиста. А впрочем, пусть остается. Видимо, он всерьез заинтересовался; как он впился в таблицу экспериментов!

- Включайте.

Включенный экран телевизора теперь во всем уподобился окну, открытому в зал с Излучателем.