– Нет, Гиви, не то! – перебила его сердито красавица-блондинка. – Ты что-нибудь страшное расскажи!

– Страшное? Сегодня вот в парке возле автовокзала милиционера нашли. Чуть живой бедняга был! Его какая-то красотка в шею куснула от страсти, так он от страха половину крови потерял!

– Ну, эта история скорее смешная, чем страшная… Ты что-нибудь другое расскажи!

Гиви снова задумался.

– Недавно мой друг одно дело расследовал. На кладбище. Так на него – веришь ли! – вурдалак напал! Страшный, глаза – во какие! Зубищи – во! А друг мой раз ему из пистолета!.. Раз из баллончика с газом!.. Раз осиновым колом в брюхо!.. Тот и отдал концы!

– Ну и как фамилия твоего друга? – ледяным голосом проговорила красавица, пряча лицо свое в ладони. – Кто этот герой?

– Кошкин. Старший лейтенант Савелий Кошкин!

– Кошкин? Ну, хорошо… – Элли оторвала лицо от ладоней и взглянула красноватыми очами на Гаидзе. – Пусти… Поди прочь! – крикнула вдруг она, и ее глаза полыхнули алым пламенем, осветив всю квартиру.

Гиви в одних плавках тигриным прыжком сиганул в окно, вышибив своим телом стекло и проломив раму. Падал он с пятого этажа, но не разбился, так как упал на дерево, погасившее его падение.

– Что, муж пришел? – спросил его какой-то ночной гуляка, но Гаидзе, взглянув безумным взглядом на свое окошко, молча пустился бегом по пустынной улице.

Глава одиннадцатая

Утром Гаидзе и Кошкин встретились в кабинете родного отделения милиции. Лицо Гиви было разукрашено в нескольких местах липким пластырем.

Савелий поинтересовался:

– Ты что, был на задержании?

– Нет… – Гаидзе помолчал чуть-чуть и признался: – Нечистая сила существует, Сава… Я тебе не верил, а теперь верю.

– Ты его видел?! – кинулся Кошкин к другу.

– Его? Это была женщина. Какая женщина, Сава!.. Мечта поэта! И вдруг эта «мечта» стала дьяволом. Как она полыхнула огнем!.. Как огнемет! Я чудом спасся.