Петр выстрелил в них из обоих пистолетов разом, тщательно остерегаясь ранить нападающих - он целил только в их оружие. Одна пуля выбила дубинку из рук кока, другая расщепила черенок ножа, зажатого в кулаке северянина, оцарапав при этом его мизинец.

Одновременно сзади раздался третий выстрел - это выпалил в воздух капитан Ванделаар.

- Что тут творится? - заорал он, подбегая на своих коротеньких ножках.

- Ничего такого, чего нельзя было бы ожидать,- ответил Петр, вскочив на ноги.

Капитан всегда капитан, и оба убийцы, только что такие озверелые, мигом приняли смиренный вид.

- Мсье де Кукан упал с рея, и мы подбежали помочь ему,- сказал кок.

- А мсье де Кукан ни с того ни с сего стрелял в нас,- подхватил северянин, показывая капитану свою окровавленную руку.

- Зачем вы в них стреляли? С ума вы сошли?! - накинулся капитан на Петра.

- Затем, что для той помощи, которую они хотели мне оказать, они вооружились дубинкой и ножом,- ответил Петр.

Капитан Ванделаар сплюнул.

- Счастье, что вы не умеете стрелять, мсье де Кукан,- с презрением произнес он.- Стрелять в пяти шагах, в одного не попасть вовсе, другому угодить в мизинец - это я называю меткость!

Петр не успел опровергнуть столь несправедливое суждение, ибо капитана, едва он выговорил последнее слово, озарила совершенно иная мысль, настолько серьезная и тревожная, что глаза его заметно выкатились из орбит.

- Кто у штурвала?! - взревел он и, не ожидая ответа, ринулся к штурвальному колесу, брошенному на произвол судьбы.- Рулевой! Где рулевой? Рулевой!

Когда его несло мимо каюты Петра, дверь каюты открылась, и на палубу вышел Франта, волоча за шиворот слабо сопротивлявшегося человека.