Тщательный учет наличных и перспективных ресурсов, ожидаемого развития технологии позволил установить точный срок жизни каждого гражданина - 80 лет. Это было справедливо - за такой срок человек успевал много сделать, много увидеть и узнать, приветствовать правнуков и достойно уйти. Постепенно исчез даже глагол "умирать", сейчас все говорят: "Он ушел". Годы, отпущенные каждому, можно было подарить, завещать, даже унаследовать, если предопределенный срок прерывался трагической случайностью - например, если погибал близкий родственник. Скоро все привыкли к новому порядку вещей: он был удобен. А потом появилась и такая форма награды - год, два, пять лет жизни, сообразно заслугам. И это тоже было справедливо.

В те времена в нашем городе жил художник. Ты знаешь его картины. Его имя мы сейчас вспоминать не будем. Назовем его просто - Мастер. Он этого достоин.

Мастер был уже стар. По тогдашнему закону ему оставалось лет десять. Те, кто знал его, говорили, что Мастер был буря и пламя. Неистовый, неукротимый гений. И очень одинокий. Его знали все. А любила одна женщина. Кора.

Однажды она пришла к нотариусу, подписала необходимые документы и утром следующего дня ушла туда, откуда нет возврата. Понимаешь, ушла добровольно! И в тот же день Мастер получил официальное уведомление, что по завещанию Коры он получает в свое распоряжение почти шестьдесят лет.

Да-да, он тоже ушел. Почти сразу же. Ни родственников, ни близких не нашлось. Годы его перешли в собственность Союза Творцов. Так образовался Фонд Коры. И он пополнялся. Тебе еще не страшно? Сейчас я скажу самое главное.

Первый же, кого Союз премировал из Фонда Коры, в считанные дни сошел с ума. Второй - ушел добровольно, как Мастер. Третий - отказался от премии. Четвертый - ушел.

- А остальные трое?

- Они живы. Но вот Творцы ли они? И я не знаю, что будет с тобой.

Художник Тиль в гневе закрыл глаза: