- Николай Сергеевич тоже хотел рассказать о своей работе на конференции, но заседаний нет, и Николай Сергеевич выбрал в слушатели меня.

- Я понял ваш намек, - улыбнулся Ли Сяо.

- А что? - наклонил голову Комаров. - Почему бы действительно не устроить мини-конференцию, раз уж так получилось? Вы какой доклад планировали, Леонид Афанасьевич?

- Видите ли, - сказал я, смутившись, - у меня нет заготовленной речи. Я хотел рассказать, как методы фантастики помогают в решении научных проблем. А предварительно хотел послушать несколько выступлений, чтобы выбрать проблему для себя.

- Ну, - добродушно сказал Комаров, - одно выступление вы прослушали. Или проблема гениальности не глобальна и не заслуживает внимания фантастов?

- Глобальна, - согласился я. - И проблема экологии Вселенной тоже. Но вот Ингрид глобальными проблемами не занималась. Довольно узкая тема физика нейтронных звезд... У меня есть одна идея о причинах аварии... Мы ведь, помните, поспорили с Николаем Сергеевичем... Но эта идея не объясняет, почему Ингрид занимается нейтронными звездами,

- А почему бы ей ими не заниматься? - удивился Ли Сяо. - Ингрид увлекалась астрономией с детства. Верно, Ингрид?

Оказывается, девушка давно уже подключилась к нашей беседе - в стене светилось ее стереоизображение.

- По-моему, Леонид Афанасьевич придает своему вопросу какой-то особый смысл, - сказала она.

- Верно, - согласился я.

- Объясните, пожалуйста, - попросил Комаров.

- Позднее, - уклончиво сказал я, привычно оставляя на будущее решительное объяснение. - Я могу пользоваться информатекой?

Комаров вопросительно посмотрел на Оуэна.

- Сколько угодно, - сказал тот.

Я встал и попрощался. Уже у двери услышал голос Комарова: