Я кивнул: хочу.

- Началось все в горах...

Рассказ Олесова с перерывами длился в течение многих дней. Привожу его полностью.

ЗА ПРОПАСТЬЮ ВЕКОВ

У нас была мелкомасштабная карта для туристов: рельеф на ней не обозначен, нанесены только речки и охотничьи тропы. Позади зубчатых стенок кара мы рассчитывали увидеть пологий спуск, а очутились на краю пропасти. Возвращаться не захотели - жаль было потерянного времени, решили обойти кар поверху. По скалистому лезвию, вонзенному в небо! На одной стороне его прилепился снежный намет - многотонный голубовато-белый карниз, висящий над бездной.

...Странным было мое последнее ощущение: я напрасно пытался цепляться за огрубевшую корку снежного наста руки скользили. От сильного грохота и свиста заложило уши. Страха я не испытал. Даже спустя немного, кувыркаясь и захлебываясь в снежной пурге, окутавшей меня, не управляя собственным телом, я все еще воспринимал этот полет как забавное и веселое приключение. И только когда вихрь ненадолго рассеялся и внизу подо мной обнажились сланцевые зубцы и глыбы, я сообразил, что нахожусь в центре снежного обвала. Хотел крикнуть, но захлебнулся снегом...

Должно быть, с тех пор прошла вечность, возможно, даже не одна - вот было мое первое ощущение, когда сознание начало пробуждаться. Горы снега сдавили и заморозили тело. Попытался открыть веки, но они тоже смерзлись. От резкой и сильной боли в глазном яблоке я провалился в небытие.

...На этот раз я открывал веки медленно-медленно.

Вспышка - зажмурился. Еще одна вспышка. Я вытерпел световой удар. И спустя долгое время сквозь наплывы многоцветных кругов различил замкнутое пространство, оградившее меня. Я лежал в просторной капсуле, наполнейной рассеянным светом и тишиной,- будто внутри мыльного пузыря.