Грей передернулся, представив себе руку, из которой хлещет кровь на белую эмаль машины для резки ветчины, однако он еще не переварил потерю двадцати тысяч фунтов стерлингов.

— Эта… эта бумажка разорила «Лептон энд Уайт»?.

— Выходит, что так.

— Но… господи боже! Как можете вы думать, что все это случилось из-за какого-то клочка бумаги! Ерунда! Это просто абсурдно!

— Абсурдно или нет, но я вас уверяю, что многие люди принимают это всерьез. Если угодно, я объясню.

— Валяйте, — сказал Грей.

— Мне пришлось потратить немало усилий, чтобы получить этот номер бюллетеня. Среди прочих я обратился к одному моему старому приятелю, который сказал мне, что, если только бы он знал, что у меня есть акция Лэптона, он заранее предупредил бы меня. Я спросил его, каким образом получилось, что он в курсе, и тогда он показал мне этот листок. Он не имеет ни малейшего представления, почему ему посылают его, и не знает, кто отправитель. Он получает бюллетень начиная с третьего номера, который он швырнул в корзину, мельком просмотрев. Однако он запомнил заметку об интересовавшей его консервной фабрике, в которой говорилось, что там пренебрегают санитарными требованиями. А несколько дней спустя в Лидсе вспыхнула эпидемия брюшного тифа, которую приписывали мясным консервам, выпускаемым этой фирмой.

— Продолжайте, — сказал Грей, теперь с жадным интересом.

— Когда он снова получил бюллетень, то, разумеется, прочел его с величайшим вниманием. У него не было акций фирм, упоминавшихся там, однако из любопытства он в течение некоторого времени следил за ними. Одна из заметок была аналогична той, что вы прочли о мороженом, — множество детей, пользовавшихся игрушками, импортируемыми фирмой «Кид Дии Фан», заболели. Вы слышали об этом?

— Разумеется. Куклы и новинки, импортируемые из Гонконга и Японии. Это ведь они имели неприятности с Ассоциацией защиты потребителей?