С полудня Брэн играл среди мелких луж, оставленных отступающим отливом. Он был совсем один, хотя робот, присматривающий за ним, неназойливо наблюдал с берега. Несколько дней назад здесь были другие дети, играющие у голубой воды этой безлюдной бухты. Брэн иногда удивлялся, куда они исчезли, но он любил одиночество и не слишком беспокоился об этом. Погруженный в свои мечты, он был рад остаться один.

Последние несколько часов он соединял маленькие лужи запутанной сетью водных каналов. Его мысли были далеко от Земли, блуждая во времени и пространстве. Теперь вокруг него был скучный, красный песок другого мира. Он был Карденисом, главным инженером, старающимся спасти своих людей от наступающей пустыни. Брэн смотрел на пустое лицо Марса; он знал историю их долгой трагедии, когда помощь с Земли пришла слишком поздно.

До горизонта море было пустынным, не потревоженным кораблями, как было веками. Когда-то, в начале времен люди выдержали бой с мировым океаном. Теперь казалось, что только одно мгновение лежит между появлением первых каноэ и уходом последнего мегатерия морей.

Брэн даже не взглянул на небо, когда чудовищная тень простерлась над пляжем. В прошедшие дни такие серебряные гиганты поднимались над холмами сплошным потоком и теперь это не привлекло его внимание. Всю свою жизнь он наблюдал огромные корабли, поднимающиеся от Земли к небесам на своем пути к далеким мирам. Часто он видел, как они возвращались из своих долгих путешествий, опускаясь сквозь облака с грузом вещей, которые было трудно вообразить.

Он иногда удивлялся, почему больше нет этих возвращающихся странников. Все корабли, которые он видел теперь, направлялись только отсюда; ни один корабль не опускался с неба и не вставал на якорь в большом порту за холмами. Почему так случилось, никто ему не объяснил. Он не знал, с кем поговорить об этом, видя, какую досаду вызывает этот вопрос.