- Вот и все, Барни. Сделаем это интервью и побежали. Или я один пойду, если Хаттон хочет еще поиграть.

- Останься, - повторил Донн, глядя Трейси в глаза.

- Извини, но...

- Послушай, Сэм, - решительно заметил Донн, - у меня такое чувство, будто ты мне кое-что должен. Почему ты не хочешь честно поиграть? Я слышал, ты твердо стоишь на ногах. К чему эта излишняя осторожность?

- Э-э... ты настаиваешь? - нервно спросил Трейси.

Донн усмехнулся и кивнул. Репортер сел и угрюмо уставился на карты.

- Думаешь, крапленые? - спросил Донн. - Хочешь сам раздать?

- Ты не играешь краплеными картами, - согласился Трейси. - О, черт возьми! Дай-ка еще жетонов. Было бы о чем беспокоиться.

Он опорожнил бумажник.

- Чек возьмешь? - спросил он через четверть часа.

А полчаса спустя уже подписывал вексель.

Игра была быстрая, резкая и рискованная. Она была честной, но от этого не менее опасной. Законы причинности то и дело получали солидные пинки. Некоторые люди обладают талантом к карточной игре, этаким шестым чувством, основанным на хорошей памяти и прекрасном знании психологии. У Донна такой талант был.

Счастье склонялось то в одну, то в другую сторону. Вход в игру становился все дороже, и вскоре Трейси снова начал выигрывать. Они с Берни неплохо заработали на этой игре, и через полтора часа только он и Хаттон оставались за столом. Не считая, разумеется, Донна.

Один раз Трейси показалось, что партнер блефует, и он проверил, но ошибся. Тем временем ставки росли. Наконец. получив неплохую карту, он пошел вверх. Донн принял и Хаттон тоже. Трейси заглянул в свои карты и выдвинул на середину стола столбик жетонов. Затем выписал еще один чек, докупил жетонов и добавил. Хаттон спасовал. Донн принял и добавил.

Передвигая на кон последние жетоны, Трейси вдруг осознал, что полностью опустошил свой счет. Одновременно в кармане брюк он почувствовал необычное тепло.