— А что, у вас на приемах угощения не полагается? — Первым заговорил на актуальную тему Федоров. — Посидеть бы сейчас на банкете…

— Банкет? — Меркурий усмехнулся. — Мы — народ в смысле пропитания небогатый, и оттого бережливый и расчетливый. Лишнего не съедим и ничего не выбросим. У нас нет такой традиции — банкетной. Испокон веков каждый ест свое.

— Что же вы? — упрекнул советник то ли в шутку, то ли всерьез. — Империя, а питание ограничено. Не звучит…

Изнов хотел было укоризненно взглянуть на коллегу, но лень было отрываться от мягкой спинки, чтобы увидеть Федорова. Так что посол промолчал, а синерианин после паузы ответил без обиды в голосе:

— Империя, если угодно, это тоже традиция. Мы были империей, когда владели и правили еще дюжиной планет. Как-нибудь в свободный час я вам перечислю их и охарактеризую. Формально они и сейчас составляют единство, на самом же деле давно ушли каждая своим путем, завязали новые связи: Галактика велика. Они давно не платят дани, и нам приходится все покупать. А мы небогаты. Технологический разрыв между нами сокращается с каждым днем, с новыми рынками туго, мы все чаще проигрываем в конкуренции. Сами же себя прокармливаем в обрез. Так что нам не до банкетов.

Он покосился на посла.

— Вас беспокоит моя откровенность? Но не волнуйтесь: сказанное мною ни для кого не является тайной, потому что обсуждается давно и повсеместно. Я вовсе не хочу поставить вас в неловкое положение.

— Я понимаю, — проговорил Изнов негромко.

— Но при всей бедности корочку во дворце нашли бы — занюхать. — Федоров не желал, как видно, отступать от избранной темы, и посол вдруг понял, что это не случайно, что советник строит на этом какой-то свой расчет. — Огурчик там или салатный листик пожевать…