Может быть, только сегодня мы ставим настоящую первую точку, как веху для отсчёта? Понимаешь, по нашим силам в этой жизни – лишь поставить две точки на бесконечной прямой, устремлённой в вечность. Но мы можем добиться, чтобы отрезок между этими двумя точками был прочерчен жирной линией. Сочной чертой. На которую до предельного срока, раз за разом, будут оглядываться следующие поколения. Смотреть будут, сверяя с пройденным нами путём свои собственные пути, пройденные после нас… Спираль нарастает, виток за витком. Дорога не исчезнет, пока на ней есть движение. Так-то, потельничек!»

Языки костра приобрели какой-то тревожный красноватый оттенок. Где-то поблизости прокричал сыч. Невесть откуда взялся проснувшийся ветерок, и прошелестел по листве, взмывая в ночное небо. Умчался туда, где у горизонта беззвучно вспыхивали зарницы…

Я встаю, разминая затёкшие ноги.

«И как это у них получается часами высиживать вот так, с поджатыми ногами, неподвижно, словно изваяния?» – мимолётно удивляюсь, глядя на Хасана.

Ну что ж, привал окончен, пора в путь-дорогу.

Говорил же один сапиенс, жаль, не помню, кто именно: «надо ходить как человек по полю, а не к кострам жаться»…

И – хвала всем святым нашего неповторимого мира! – мы уже вставали от костров. Мы уже выходили в чисто поле. И Мать-Земля шептала нам вслед могущественные охранные слова своего благословения.

Шептала сквозь враждебный мрак Космоса…

И мы, невзирая на космическое расстояние, улавливали, что она хотела нам сказать.

Родина напоминала людям, умеющим воевать как никто во Вселенной:

«Я одарила вас наиболее ценным, чем обладаю. Вам было дано познать честь, веру, надежду, ненависть и любовь…

Но главный дар поистине бесценен.

Вы способны постоять за себя и за своё достоинство. Насмерть биться за то, во что верите. Сражаться до победного, во имя того, на что надеетесь.