…Он вполз в неожиданно просторную пещеру, освещенную зыбкой фосфоресценцией стен. Лишь несколько секунд спустя глаза Нламинера привыкли, и он увидел груду костей и черепов, аккуратно собранную у одной из стен. Над останками слабо светилась руна Нааты, божества смерти и перерождений. Несколько толстых поленьев лежало у противоположной стены; посреди чернело пятно давно не зажигавшегося костра.

Нламинер поднял руку ладонью вверх и прикрыл глаза. Когда он вновь открыл их, новый свет наполнял пещеру, смывая нависшие тени и оживляя полутьму красками. Прямо перед ним воздух задрожал и сгустился в низенькую фигуру. Шарик света, который Нламинер подвесил над собой, вздрогнул и поднялся к потолку пещеры. В узком отверстии, что служило, видимо, дымоходом, тихонько шелестел и стонал ветер.

Нламинер оглянулся. Никого больше.

Некоторое время они рассматривали друг друга…

— В другом мире и в другой раз, — сказал он и уселся на поленья. — Это другой раз, Рисса, но мир все тот же.

Рептилия кивнула и уселась прямо на пол.

— Тебя попросили узнать, что происходит на острове, — продолжал Нламинер, по привычке потянувшись за фляжкой. — Затем корабль высадил тебя и растворился в воздухе.

Рука рептилии остановилась на полпути к поясу. Она удивленно мигнула.

— Откуда ты знаешь?

В ответ Нламинер пересказал ей историю своего прибытия на остров.

— И я хочу сначала выбраться отсюда, — заключил он, — а затем найти того шутника, что дал мне это поручение.

— Высокий человек или ольт, со смуглой кожей, слегка сутулится и говорит с небольшим акцентом, — произнесла Рисса, чуть прищурив глаза.

— Откуда ты… — начал Нламинер и рассмеялся, не закончив. — Все понятно. Давно здесь сидишь?

— С утра.

Нламинер с завистью посмотрел на ее пояс. Ажурная конструкция из полосок кожи казалась хрупкой и недолговечной, но служила своей хозяйке сразу рюкзаком, кольчугой и мало ли чем еще. Оружия при ней не было, но Нламинер знал, что пятифутовая, хилая на вид рептилия представляла собой нешуточную военную силу.