– Сгорел водитель?

– Сгорел, – досадно кивнул лейтенант, – но не в этом дело… Машина краденая, угнали ее неделю назад. Да не у нас, а под Москвой. А за рулем была баба.

– Что еще за «баба»?! – недовольно пробурчала жена. – Ты и меня называешь бабой, когда с дружками общаешься? Неужели нельзя нормально сказать: женщина. Как был ты «деревня», Вася, так и остался. А еще офицер!

– Так вот, – совершенно не слушая ее, продолжал лейтенант, – баба сгорела.

Супруга обиженно поджала губы.

– Но самое главное, – лейтенант посмотрел на жену, – тот парень, которого выбросило из машины. В нем-то и вся загвоздка.

– А что он? – с деланым любопытством спросила женщина, решив не ссориться с ним по пустякам.

– Ты понимаешь, – лейтенант потряс вилкой перед ее лицом, отчего она испуганно отпрянула, – ни единой царапины на нем нет. Ни единой! Только на голове небольшая шишка. Но при этом он без сознания.

Она пожала плечами, разделяя его недоумение.

– Такое создается впечатление, – запальчиво продолжал гаишник, – что его вроде как вынесли из машины, а потом уже ее подожгли.

– А может, так оно и было?

– Да нет, – сник лейтенант, – на асфальте ясно виден тормозной путь машины, а потом следы от ее кувыркания. А на одежде неизвестного – осколки лобового стекла. Но вот что странно – ни документов, ни каких-либо бумаг и вещей или хотя бы денег в карманах пострадавшего не обнаружено.

– А парень-то молодой?

– Да лет тридцати.

Некоторое время за столом сохранялось молчание.

– Ну а сам ты что думаешь? – наконец спросила жена.

– Не знаю, – неожиданно спокойно промолвил лейтенант и принялся с аппетитом доедать остывшую картошку. Ему хотелось выговориться, он это и сделал. – Разберутся, – неопределенно произнес он.