Илья набрал номер Ларисы – она долго не брала трубку, а потом, наконец, раздраженно спросила:

– Ну чего тебе?

Илья втянул голову в плечи – просить о чем-то Ларису в такой ситуации было очень рискованно.

– Ларочка, послушай, давай вечером Сережка ко мне поедет. С ночевкой. Мы бы на рыбалку с ним с утра сходили…

– Нет. Никаких ночевок! Он уже ночевал у тебя однажды, я помню, что он мне рассказывал! Ребенку не место в твоем бомжатнике! Чтобы он дизентерию подхватил? Я уже не говорю про твое окружение! Чему хорошему его там научат? Сережа – очень впечатлительный мальчик, он все впитывает как губка. Ты бы слышал, каких он слов набрался там в прошлый раз!

Илья сжал зубы:

– А я слышал. Ты хочешь, чтобы парень всю жизнь плавал в твоих розовых соплях? Я живу не в бомжатнике, а в очень милой избушке. Когда работаешь за городом, о такой можно только мечтать. И не смей говорить ничего про мое окружение, ты этих людей не знаешь.

– В любом случае, это неподходящая компания для моего сына, – Илья отлично знал, как, сказав это, она поджала губы.

– Это и мой сын тоже, и родительских прав меня никто не лишал. И не ты ли долбишь деткам в школе – все работы хороши, выбирай на вкус?

– Все это так, – почти согласилась Лариса, – но я не могу допустить, чтобы ребенок ночевал в антисанитарных условиях.

– Ничего, переночует один раз, ничего ему не сделается. И ты лучше меня знаешь, что для него такая ночевка будет замечательным приключением.

– Да, знаю, поэтому он не будет спать полночи, а в шесть утра ты его поднимешь и потащишь на холодную речку, где он застудит почки, сидя на земле.

– Не застудит. Лара, он парень, а не кисейная барышня! В кого ты хочешь его превратить? В ботаника, который без маминой помощи и шагу ступить не может?