– Ну что ты, Леша, пять минут подождать не можешь? Дай котику опомниться, привыкнуть.

Ника недовольно покачала головой и направилась вслед за Люськой. Надежда Васильевна переживет, а вот Люська обидится, если план с котом потерпит крах. Придется помочь ей ловить животное, иначе они до вечера в дом не попадут!

Кота она увидела сразу же: он сидел возле самой ограды на краю участка спиной к дому, и со стороны казалось, что Фродо намертво застыл на месте. На ласковый Люськин оклик он не реагировал. Ника осторожно подобралась к Люське сбоку. Кот неотрывно смотрел в темный лес, непроглядной стеной подступающий вплотную к участку. При этом он утробно урчал, как будто угрожал кому-то, кого он видел, а ни Ника, ни Люська никак не могли разглядеть.

Остановившись всего в двух шагах от него, Ника проследила глазами направление его взгляда, пытаясь понять, что ж такое там, в лесу, могло приковать к себе кошачье внимание. Ничего особенного или необычного она не заметила, и лишь на мгновение пронеслось у нее в голове воспоминание о стоящей на въезде в долину избушке на несуществующих курьих ножках. Ника попыталась ухватить мелькнувшую и ни с чем как будто не связанную неясную ассоциацию, но тут ее внимание привлекло одно примечательное наблюдение, поразившее ее воображение: в лесу за забором не просматривалось ни одной тропинки. Странно.

Ника не так уж редко бывала за городом и знала, что леса, непосредственно окружающие деревни, вдоль и поперек исхожены на несколько километров вокруг. В полукилометре отсюда находится поселок, и быть такого не может, чтобы местные и дачники не ходили сюда по грибы да по ягоды. А раз так, то и этот лес должен быть покрыт сетью стежек-дорожек. Ведь не только люди, но и звери оставляют следы – там, где они из года в год ходят одним и тем путем, осыпается и притаптывается хвоя, оголяются корни, обламываются ветви, и вот уже прокладываются тоннели и коридоры. Пусть едва заметные, но они, тем не менее, легко угадываются в сплошной толще леса, и ноги сами собой идут по нахоженному маршруту. Каждого вступающего под свою сень путника, деревья гостеприимно и ненавязчиво направляют по пути, которым многажды прошли до него другие. А по этому лесу будто никогда и не ступала нога ни зверя, ни человека. Наверное, в этом и кроется притягательная прелесть долины?