Призрак поднял ладони вверх. Странный жест — словно проверял, не идет ли дождь. Губы его шевельнулись, хотя слов не было слышно, и что-то, блеснув, обрело форму в поднятых руках. Меч. Огромный, сияющий меч. Как только дух взял меч в руку, Николетта поняла, кто он, и, перекрестившись, упала на колени.

Несмотря на массу людей, ангел заметил ее движение. Их взгляды встретились. В то же мгновение все проступки вихрем пронеслись в голове девушки, и она похолодела, ожидая суда… и приговора. Ангел слегка улыбнулся и просто, по-соседски, кивнул ей, потом перевел взгляд на маркизу и посуровел.

Меч палача опустился. Голова маркизы покатилась по эшафоту. Толпа вздохнула. Николетта, не отрываясь, наблюдала, как над телом казненной струится желтый дымок, принимая облик молодой женщины.

Ангел поднял меч, и в тишине зазвенел его голос, чистый и мелодичный, как колокола Нотр-Дам.

— Мари-Мадлен де Бринвийер, ты осуждена за свои преступления.

Он взмахнул мечом, но призрак, освобожденный из тела маркизы, расхохотался.

— Я не маркиза, глупец.

Ангел изумленно приподнял брови — столь же человеческим жестом, сколь и кивок в сторону Николетты, — но меч уже устремился к призраку.

— Твой суд надо мной не властен… — начал призрак.

Сверкающее лезвие коснулось духа, и тот испустил такой вопль, что девушка невольно скорчилась, зажав уши. Вокруг толпились люди, пытаясь пробраться поближе, чтобы получше рассмотреть сожжение тела маркизы, однако никто не слышал ни звука.

Николетта подняла голову. Там, на эшафоте, стоял ангел. Пронзенный его мечом призрак извивался, изрыгал проклятья и стенал. Ангел улыбался. Потом оба исчезли.

1

— Идем же, — шепнула Саванна и потянула паренька за руку.

Она перелезла через забор и оказалась на заднем дворике узкого двухэтажного дома.

— Осторожно, не растопчи розы, — проговорила девочка, заметив, что ее друг едва не наступил на клумбу. — Приходится идти так, а то наш всевидящий сосед начнет жаловаться, что я вожу к себе друзей, когда дома никого нет.