Эсквен поколебался, затем сказал удивленно:

— Как? Я думал, что вы мне верите.

— Я, конечно, вам верю, — сказала Тильзи. — Вон те скалы, конечно, долгие времена были цельными. Действительно, кажется более вероятным, что их что-то сорвало с места в то мгновение, когда я была под ними, чем-то, что это случилось само собой.

— Пожалуй, это потому, что вы еще очень молоды.

Эсквен кивнул.

— Но хотелось бы мне найти кого-нибудь, кто принял бы мои объяснения для этих событий.

Он посмотрел на утесы и вздрогнул.

— Он никогда не делал ничего столь ужасного прежде, но и то, что он делал, было достаточно скверно.

— У вас нет предположений, кто он? — спросила Тильзи.

— Он ничто, он не может почудиться, — сказал Эсквен убежденно, — он злой дух. Я не знаю, что привлекло его ко мне, но он избрал меня своей жертвой. Я даже не надеюсь освободиться от него.

Вокруг экрана Тильзи снова раздался электрический звон. Пси активизировалась снова, хотя и на несколько низком уровне.

Взгляд Тильзи уперся во что-то за плечами Эсквена.

Там, в тридцати футах от них, на берегу, песок вдруг безмолвно поднялся смерчем в воздух, все больше и больше, как будто его кидало вверх, в зареве фиолетовых вспышек ветра в этом безветренном месте. Затем песок сжался в облако, очертил на мгновение отвратительную приземистую фигуру, двигающуюся к ним, затем все исчезло.

«Нет, все в порядке, я уже собралась, — бессознательно мысленно говорила Тильзи этому пси. — Тебе со мной ничего не сделать».

Она почувствовала, что ответа нет, нет совсем и никакой другой реакции. Может быть, он не мог ее слышать?

Она облизнула губы и озадаченно взглянула на несчастное, печальное лицо Эсквена.

— Давайте походим по берегу на открытом месте до тех пор, пока я не высохну, — предложила она. — Как это все началось?