Шрат (вкрадчиво). Но я не знаю главных формул. Если бы вы...

Тенк (сухо). Об этом и не мыслите, Фридрих. Пусть лучше погибну я, плоды моих трудов, чем новые миры откроются для насильников и гангстеров!

Шрат. Познания не остановить!

Тенк. Фридрих, не нужно фраз! Мы с вами понимаем им цену. Всему свое время. Прекрасное для прекрасного! Пусть мир станет лучше - тогда мои идеи получат осуществление.

Шрат. Вы решили окончательно?

Тенк. Да, Фридрих.

Шрат (угрюмо). И я свободен в своих действиях?

Тенк. Разумеется, Фридрих. Вы талантливый ученый и многого достигнете. Простите меня!

Шрат. Я могу приходить к вам?

Тенк. Я буду рад, Фридрих. Но...

Шрат. Понимаю. Это направление оставлено. А радонат?

Тенк. Тоже. Это тесно связано.

Шрат. До свидания, шеф. Жаль... Вы многого не понимаете. Вы могли бы перевернуть мир1..

Тенк. Он много раз переворачивался, друг мой. Дело в том, чтобы омыть его, облагородить. А открывать новую бездну для безумцев? Зачем? Нет! Нет! Нет!

Шрат стремительно прошел через библиотеку. Лицо его выражало ярость. Почти столкнувшись со Шратом, в помещение вошел Морис. Он тоже шел к Тенку. И снова я был невольным слушателем странной беседы.

Тенк. Садитесь, Морис. Не буду вас мучить. Вы, вероятно, догадываетесь, о чем я буду говорить с вами?

Потр. Да, профессор, догадываюсь. Это несложно. Наш старый спор. Итак, вы решили?

Тенк. Да, Морис. Я много размышлял, друг мой. Я вспоминал ваши аргументы...

Потр. И что же?

Тенк. Они неубедительны. Я решил прекратить опыты. Я не боюсь, что кто-то в ближайшее время повторит открытие. А если и повторит, пусть это буду не я.

Потр (горько). Самоустранение?

Тенк. Знаю, что вы ученый-политик. Знаю, что вы социалист. И вы чудесный человек! Это не комплимент, Морис. Я люблю вас. Но ваше пристрастие к толпе...