У Ингерды было сложное чувство, когда она смотрела на планету аппиров: как будто это что-то родное и близкое, но куда путь ей закрыт. Как в собственное прошлое. Есть незыблемые законы мироздания, которые это запрещают. Зачем же она летит туда? Зачем согласилась, в конце концов, на этот маршрут? Мало ли планет во вселенной!

Двадцать лет — не так уж много, что-то помнится как вчера… но сын уже вырос, и опыта достаточно, чтобы ни о чем уже не мечтать, и волосы седеют, и глаза потухли, и тело уже не то, и мысли давно не о том…

— Я «Гремучий», — ответила она на вызов диспетчера космопорта, — у нас все в порядке, какую занять орбиту?

— Привет, «Гремучий», — проговорил с аппирским акцентом голос в динамике, — садиться будете?

Было странно, что изображение отсутствовало. Ингерда не видела, с кем говорит. Впрочем, она знала, что до сих пор встречались аппиры, стыдящиеся своего внешнего вида, равно как и уроды, ужасно собой гордящиеся.

— Нет, — сказала она, — звездолет останется на орбите, мы отправим три антиграва.

— Это же грузовая баржа с Земли, — добавил кто-то еще в диспетчерской, — куда ей садиться!

— Полетайте пока в третьем секторе, — распорядился диспетчер все тем же гнусавым голосом с аппирским акцентом.

— У меня двести человек на борту, — сообщила Ингерда, прием ей не особенно понравился, — не тяните с высадкой.

— Не волнуйтесь, «Гремучий». Соберем комиссию — всех примем.

— Какую еще комиссию?

— А это не ваше дело, детка.

От неожиданности она даже не знала, что сказать.

— Я вам не детка. А командир корабля Ингерда Оорл.