— Тот, кто записал его на диск и снял, наверное.

— О нет, он не занимается такими вещами. Старый хрыч просто перепродает разные вещицы вроде этой, — Дик осклабился, глядя на Рэндома. — Я покупал у него кое-какие записи и мне знакома эта белая полоска на экране. Дефект харда, сколько раз я ему говорил — почини или купи новый привод и замени, так нет же, уперся рогом в землю и стоит на своем.

— Кто?

— Держи адрес. Это на противоположной стороне Диптауна, тоже окраина, маленькое заведеньице вроде моего. Частная лавочка. Пока я буду разбираться, что к чему с этим твоим диском, ты поспрашиваешь старичка, как она к нему попала.

В этом весь Дик. Дай ему палец — руку оттяпает. Вот и сейчас так же. Рэндом всего лишь пришел, чтобы показать снимки, а им уже командуют. Поди туда, спроси у того, принеси это… Приходит черед мужчины и все повторяется. Он целует ее в шею, в ключицу, осторожно касается кончиком языка ее сосков, плоского живота, сдвигает в сторону тонкую полоску трусиков и ныряет в глубину промежности… Ладно. Если он действительно хочет во всем разобраться, то лучше играть с Диком в одной команде. Поработает мальчиком на побегушках, что в первый раз что ли? Рэндом вздохнул. Иногда собирателю историй приходится задавать вопросы, ответы на которые знать не очень-то и хочется, но нужно.

— Дик, а насколько вообще реально, чтобы?..

— Чтобы она была жива, малыш? — Дик поморщился, будто лимон проглотил. — Я не знаю. Ты не поверишь, но я был на ее похоронах, в первый раз за свою жизнь рискнул и пришел на кладбище не здесь, а в реале… Конечно, представляться, как понимаешь, никому не стал. Так, дальний родственник или друг семьи или покойной, да какая разница, никто и не спрашивал. Не кому было спрашивать, малыш, хоть и было там человек сорок, да только, думаю, все больше зеваки и сетевые знакомые. Видел там кое-кого твоего, наверное, возраста, — он окинул Рэндома острым взглядом. — Но тебя не узнал.