— Что здесь делаешь, Грейс?

Мысли расплескались хаосом перемешанных красок. Господи, ну почему она надела этот скин?! Почему не другой? Почему сегодня она нарушила правило? Как раз потому, что раз за разом прослушивала это чертово сообщение на этом чертовом автоответчике и не успела сделать ничего подходящего. Взять стандартный? Разумно, конечно, но безвкусно и не эстетично. «Ага, нашла время выпендриваться! Эстетики ей, дуре, захотелось!» Да нет, все правильно. Она и этот скин лишь однажды «одевала», на встречу с Куртом, так что все должно было быть в порядке… Теоретически говоря. И вообще, а он сам что здесь делает?

— Неужели непонятно, Курт?

— Ты — воровка.

Голос Курта теперь звучал обвиняюще. Слова — тяжелые камни с грохотом падающие на дно ущелья. И вой включившихся сирен звенит в ушах повторяя, как эхо, один и тот же заунывный низкий мотив. Ее можно было обвинять. Ее легко было обвинять. И никому нет дела до того, что она не слишком гордилась тем, что она делает, тем, что она вынуждена делать, чтобы прожить… «Нет, Грейс. Не надо лгать, хотя бы себе самой — не надо. Тебе нравиться, то, что ты делаешь. Тебе очень это нравиться, поэтому ты этим и занимаешься».

— Я — дайвер, Курт.

— Дайвер. Вот значит, как… — он на секунду задумался и вновь перешел в атаку. — И ты не сказала мне?

— А я должна была тебе сказать?

— Мы помолвлены в глубине. Сегодня у нас свиданье, и ты, черт тебя возьми, могла хотя бы намекнуть мне…

Лучшая защита — это нападение. Грейс вздохнула.

— Курт, а ты сам, хоть словом обмолвился о своей работе?

— А чем тебе не нравиться моя работа?

— Ловить ломающих защиту из любопытства мальчишек-хакеров? Это твоя работа?