Кругом лежал волнистый покров свежего снега. Ни единый след не темнел на его искрящейся поверхности. Астроном ступил шаг, потом другой и провалился почти до пояса. - Похоже, что они не выходили из пещеры после пурги, - ворчал Стонор, осторожно пробираясь вслед за Расселом. В глубине расселины снегу было меньше, однако глубокую тишину по-прежнему не нарушал ни один звук. Ледяные стены расселины сблизились. Стало темно. Яркий день чуть просвечивал сквозь зеленоватые толщи льда. Рассел включил рефлектор. Сильный луч света уперся в узкую обледеневшую дверь. Она была закрыта. Рассел скользнул лучом по ледяным стенам. Сверкнули металлические крепления лыж. Прислоненные к стене нарты отбросили на лед длинные изогнутые тени. - Они здесь, - сказал Стонор. - Лыжи и нарты на месте. Хэлло, Генрих!.. Ответа не последовало. - Однако они выходили сегодня! - крикнул Стонор, указывая на следы, натоптанные возле двери. - Эй, Тойво, Генрих! - Он толкнул дверь. Она не поддалась. - Заперта изнутри, - заметил геолог, готовясь постучать. Рассел потянул его за рукав. - Дверь примерзла, Ральф. Он налег на дверь плечом. Стонор помогал. Дверь с треском распахнулась. В Ледяной пещере было темно. - Генрих, Тойво! - снова крикнул Стонор. В его голосе послышался испуг. Рассел, пригнувшись, шагнул в дверь, нашел аккумуляторы, щелкнул выключателем. Неяркий желтый свет залил Ледяную пещеру. На низких складных койках лежали спальные мешки. Они были пусты. В углу на погасшем примусе стояла покрытая инеем сковородка. Возле - пустая банка из-под консервов. Стонор, протиснувшись в дверь, с недоумением оглядывался. - Записка, - сказал Рассел. На столе возле радиопередатчика лежал лист бумаги. Стонор поспешно выхватил записку из рук астронома, щурясь, с трудом разбирал корявые, наспех нацарапанные строчки. "Вчера прорубились к главной жиле. Она вся избуравлена какими-то ходами. Тойво сказал, что это древние выработки". - Стонор умолк и уставился на астронома. - Какая чепуха, Джек!

- Читайте дальше, - попросил Рассел.