Был еще один случай, когда он с приятелями возвращался на квартиру, которую они снимали в складчину, и какие-то пьяные хулиганы швырнули в них металлический бак для мусора. Последовавшую за этим свалку Майк помнил до сих пор. Начиналась она на улице, потом переместилась в подъезд ближайшего многоквартирного дома, а оттуда — через черный ход — в сад на заднем дворе. Неизвестно, куда бы переместилась схватка дальше, если бы какая-то женщина, выглянувшая из окна на шум, не пригрозила вызвать полицию. Майк тогда в кровь разбил костяшки пальцев и заработал здоровенный фонарь под глазом, зато противника он уделал так, что тот упал и никак не мог подняться.

Потом Майк задумался, как повел бы себя на его месте Чиб Кэллоуэй? Как бы он поступил, если бы пятерка пьянчуг попыталась угрожать ему? Впрочем, Чиб был не один, а Майку почему-то казалось, что двое его спутников, которых он видел в баре, нужны гангстеру вовсе не для беседы. Скорее всего, это была охрана.

В свое время один из партнеров Майка посоветовал ему обзавестись телохранителем. «Теперь, когда ты так богат и все об этом знают», — сказал он, имея в виду публикацию в воскресной газете списка «Самых богатых холостяков Шотландии», где Майк оказался в первой пятерке. «В Эдинбурге телохранители ни к чему», — ответил тогда Майк, однако сейчас, остановившись перед банкоматом, чтобы снять со счета сколько-то наличных, он внимательно посмотрел по сторонам, стараясь обнаружить возможные источники опасности. Неподалеку от аппарата, прислонившись спиной к витрине магазина, сидел на мостовой какой-то попрошайка; голова его была опущена на грудь, и от этого казалось, что ему очень холодно и одиноко. Однажды Аллан упрекнул Майка в том, что он, мол, тоже предпочитает одиночество, но Майк с ним не согласился, сказав, что быть одному и быть одиноким — совершенно разные вещи.

Бросив в чашку нищего фунтовую монету, Майк отправился домой, к своей коллекции картин и к тихой музыке на сон грядущий. Из головы у него не шли слова профессора, которые тот сказал насчет томящихся в заключении произведений искусства. А Аллан говорил, что ему нужно использовать возможности, которые дает ему судьба.