— О чем она сегодня говорила? — сдерживая зевок, спросил Рем.

— О принципе меньшего зла, — отмахнулся Анджей.

— И что? — не уяснил смысла фразы однокашник.

— В общем, это тот самый принцип, из-за которого нас еще не везде сажают на кол и забивают камнями.

— А… Ну тогда ясно, — кивнул Рем. Он явно ничего не понял, но нарываться на дальнейшее обсуждение материала не стал. Вот еще. Этику сдавать только через месяц, так на кой ляд мозги засорять?

— Может, позавтракаем в кои-то веки? — предложил Анджей. — У нас вроде бы следующей парой лекция по всеобщей истории магии и колдовства.

— Не выйдет, — ответил я. — Мэтр Кассиан уехал в командировку, и вместо истории у нас дополнительная лекция по ритуальному мучительству.

— …! — одновременно выдохнули оба моих друга. — А раньше предупредить нельзя было? Мы бы тогда не стали ужинать.

— Да ладно, может, уже все успело перевариться, — неуверенно предположил я.

— Ничего, скоро узнаем, — обреченно произнес Рем.

Вышеозначенный предмет даже как чисто лекционный курс вызывал у студиозусов непередаваемые ощущения, заставляющие желудки совершать невероятные кульбиты и расставаться со своим содержимым. А уж когда пошли практические занятия… Человек двадцать с нашего курса вообще испарились в неизвестном направлении, до сих пор так и не появившись.

Еще в начале второго года обучения старшекурсники передали нам величайшую мудрость факультета, накопленную многими поколениями наших предшественников и бережно хранимую на протяжении веков: особую дыхательную технику, которая позволяла если не сохранить пищу в желудке, то хотя бы не дать последовать внутренностям на свободу вслед за непереварившимся обедом.