- Это тебе вместо велосипеда. - Ворчун был доволен.
Митя любил лошадей и коров, но сомневался, что родителям понравятся такие перемены.
- Большое тебе спасибо, Ворчун, но...
- Можешь не благодарить! - радостно оборвал его леший. - В самый раз бы ещё свинок развести в коридоре. Тогда бы ваша квартирка обрела вполне приличный вид.
- Ты не понял, Ворчун. Я не это хотел сказать... Не мог бы ты вер-нуть всё на место? А то придут мама с папой, и мне достанется.
Митю поддержала Вреднючка.
- Дедуль, в деревне свой уклад, а в Москве свой. Мы городские домовята и хотим жить в городской квартире.
Ворчун нахмурился. Некоторое время он молчал, а потом с обидой сказал:
- А я-то думал, вы обрадуетесь. Эх вы! Как хотите, дело хо-зяйское.
Он завертелся на месте и принялся колдовать. Но колодец, печка и лошадь почему-то не спешили исчезать.
- Как же я мог забыть! - Ворчун хлопнул себя ладонью по лбу.- Заклинанье будет держаться до полуночи, а потом всё возвратится на свои места.
- А как же папа с мамой? Придут домой и увидят: вместо кро-вати - печь, а вместо водопровода - колодец? - забеспокоился Митя.
Ворчун вздохнул:
- Ничего не могу поделать. Раньше полуночи колдовство не развеется.
Митя с тревогой стал ждать возвращения родителей. Он и представить боялся, что произойдет, когда мама с папой увидят, как изменилась квартира. Ведь они совсем недавно сделали ремонт.
В десять часов вечера родители ещё не вернулись. Мальчик понемногу начинал надеяться, что они заночуют у тёти Олеговны. "Может быть, на сей раз всё и обойдётся", - он прилёг на кровать и незаметно для себя уснул под однообразное почавкивание коровок и ржанье коня.
Но вот в половине двенадцатого внизу у подъезда остановилось такси. Мама и шофёр выгрузили из машины папу. Папа сиял и пытался петь, но мама ему не позволяла:
- Тише! Ночь уже.