Леший Ворчун вышел из комнатки с лейкой и стал поливать цветы. Потом уселся на подоконник и спросил:
- Как дела?
Ворчуну никто не ответил. Понятное дело, никому не хотелось съесть дохлую кошку.
- Чего вы накуксились? Плохое настроение?
Вреднючка и Пузатик принялись мычать и наставлять друг дружке рожки, пытаясь объяснить, что играют в молчанку. А Хлопо-тун встал на четвереньки и стал бодаться, изображая корову.
Но Ворчун решил, что его дразнят, и страшно обиделся.
- Уеду я от вас! - дрожащим голосом сказал он и отвернулся.
С жалобным мычанием Вреднючка подбежала к дедушке, сделала умоляющее лицо и указала на свой рот, объясняя, что не может говорить.
Ворчун некоторое время недоумённо смотрел на внучку, а потом хлопнул себя по лбу:
- Бедные! Да вы же онемели! А я, старый пень, и не догадался!
Он подошёл к домовятам и стал обеспокоенно заглядывать им в глаза. Хлопотун и Пузатик мычали и зажимали рты, чтобы не расхохотаться.
- Совсем дурашливые стали! - жалостливо запричитал Вор-чун. - Это на вас немота напала. Но не бойтесь. Я вас вылечу!
Леший достал из своей котомочки большой лист лопуха.
- Лучшее лекарство от немоты - это съесть лопух.
Хлопотун, Пузатик и Вреднючка замотали головами, показывая, что не собираются жевать лопух.
- Не упрямьтесь! Лекарство и не должно быть вкусным.
Сколько домовята ни мычали и ни мотали головами, Ворчун заставил их съесть по куску лопуха. К слову сказать, лопух оказался ещё более невкус- ным, чем можно было себе вооб-разить.
Когда после такого лечения домовята не заговорили, Вор-чун еще больше обеспокоил- ся.