Пока коллеги препирались таким образом, а по залу разносился перевод их язвительных реплик, в задних рядах происходило какое-то волнение.

- А чего он обзывает обезьянами и оскорбляет? - послышался звонкий голос. - Пусти, рубашку порвешь!

- Михаил Антонович, ну скажите ему! Мы же условились!

Треск разорванной материи - и Лешка, решительный и взволнованный, быстро зашагал к трибуне. Вслед ему полетело отчаянное:

- Ни слова о шкафе!

Двумя прыжками Лешка преодолел ступеньки и поднялся на сцену.

- Вы, простите, какое научное учреждение представляете, коллега? под общий смех зала спросил председательствующий академик Котов.

- Девятый класс нашей школы, - возбужденно ответил Лешка. - Но не в этом дело.

- А какой класс? - поинтересовался председатель. - "А" или "Б"?

- Зря смеетесь, - обиделся Лешка. - Я, конечно, вас уважаю, но лучше бы вы, товарищ академик, не тратили время на юмор, а то я возьму и уйду!

- Что вы, что вы! - в испуге замахал руками академик, вызвав новый взрыв веселья. - Надеюсь, вы не нанесете такого удара науке, коллега... э...

- Алексей Лазарев, - подсказал Лешка. - Так я насчет этих рисунков. Дело в том, - Лешка обвел зал отчаянным взглядом, - ...я обещал Аркашке и Чудаку... то есть Михал Антонычу, не болтать, но уж очень вы все из-за них переругались. Одним словом, я знаю, чьих это рук дело!

По залу прошел насмешливый гул.

- Даже число знаю, когда они появились, - доверчиво сообщил Лешка, которому и в голову не приходило, что ему могут не поверить.

- Когда же, мой юный друг? - спросил председатель, весьма довольный тем, что выходка этого эксцентричного юнца прервала затянувшийся спор двух уважаемых ученых.

- Восемнадцатого августа, в каникулы, - поведал Лешка и, набравшись смелости, неожиданно добавил: - Но это как считать. Вообще-то дело происходило двенадцать тысяч лет назад!