По длинной изящной дуге, сделав небольшое сальто в конце, «Тысячелетний сокол» подлетел к пирату, застав его врасплох. Несколько орудий медленно повернулись — слишком поздно, — когда их операторы переключили внимание с удаленного управления на систему управления огневой мощью своего корабля. Крошечные летающие истребители могли быть хороши против невооруженного фрахтовщика или развлекательной яхты, заблудившейся в туманном облаке. Но они не были предназначены для смертельного противостояния кораблю, подобному Соколу — сам наполовину пират, он имел больше орудий, чем его команда могла использовать за один раз.

Полагаясь на корабельные щиты, Ландо налег на счетверенную пушку, вбивая ее высокоэнергетические лучи в отдушину двигательного реактора в дальнем конце сферического корпуса пиратского корабля. Еще раз внутреннее освещение померкло, а Ландо впервые подумалось, что огневая мощь, имевшаяся в его распоряжении, чего-то стоит. Как бы то ни было, сопла вражеского корабля начали светиться. Они, конечно, были созданы для того, чтобы выдерживать достаточные жар и давление, но не когда те исходили снаружи. Сначала красное, свечение быстро стало оранжево-желтым.

Внезапно между ним и пиратом в вакууме что-то взорвалось с ярчайшей вспышкой.

— Отлично стреляете, масса. Еще один готов!

— Чепуха, я даже не успел..

— Небеса милосердные!

Вокруг них на фоне звездного пространства возникали шары огненного газа. Флот беспилотных истребителей уничтожал сам себя. Пиратский корабль повернулся вокруг собственной оси гравитации и умчался прочь, дико светясь от охватившего его изнутри пламени. Он направлялся к краю туманности, и завершением траектории стала вспышка, когда пират включил сверхсветовые двигатели. Это было смертельно рискованно, но, должно быть, несостоявшиеся грабители были сильно напуганы.