Старик поднял с пола мои брюки, снял с пояса сумку, кобуру с пистолетом и нож и положил их на высокий, но маленький столик. Потом осторожно, держась только за шнурок, снял с левой руки жезл и положил на тот же столик. Мне же помогли подойти к кровати и лечь на неё. Одна из девушек тоже залезла на кровать и начала меня массировать, точнее разминать. В теле была непонятная слабость и усталость, сопровождаемая болезненными спазмами. Хотя разминала она мою тушку весьма аккуратно, но временами было больно. Зато голова стала чистой и ясной, хотя мысли двигались весьма замедленно.

Поэтому, отстроившись от ощущений массажа, я попытался осмотреться. Я лежал совершенно голый на животе лицом вправо на чём-то узком и жёстком, покрытом белой довольно толстой простынею. Руки были вытянуты вдоль тела с небольшим зазором. Массажистка сидела надо мной на коленях и, закончив разминать плечи, занялась спиной. Приоткрыв глаза я увидел столик с моей сумкой и оружием. Далее у стены в кресле сидел седой старик и о чём-то своём размышлял. Правее него, после закрытой двери стояли два носильщика, что принесли моё седалище. Ещё правее стояла кучка из четырёх девушек, которые очень тихо трепались. Старик был одет в тёмный плащ, кажется это называется мантией. Носильщики были босиком в чёрных зауженных брюках, сиреневых футболках с длинными рукавами и смешных пиджаках, похожих на фраки с короткими рукавами. Девушки были в платьях с длинной широкой юбкой, а верхняя часть была будто сшита из лент, либо разрезана на узкие полосы по вертикали. Каких-либо украшений на голове, шее или руках на них видно не было, впрочем и на мужчинах тоже. Причёска была только у старика, точнее копна совершенно белых волос. У носильщиков был ёжик, а у девушек сравнительно короткие ровные стрижки.

– «И, что вся эта информация мне даёт? А пока ничего, но может быть потом пригодится.»

Тут массажистка закончила меня обрабатывать, спрыгнула и что-то сказала.